Вадим Геннадьевич Проскурин родился в 1973 году в Москве. Окончил вуз по специальности «прикладная математика», кандидат технических наук, доцент. Автор нескольких научных книг и статей. В художественной литературе дебютировал в 2002 году романом «Хоббит, который слишком много знал», автор девяти фантастических книг. В настоящее время - эксперт по компьютерной безопасности, программист, преподаватель Московского института электроника и математики. Проживает в Москве.
Так гласит обложка книги. Видя такое резюме автора, подсознательно веришь, что книга, написанная им, будет как минимум интересной и приятной для чтения. Хрена лысого – простите мой французский. Не уверен, что продвинетесь дальше 3 страницы. Причин тому уйма, но я сосредоточусь на главных.
1) Махровейший национализм. Черта, безусловно, отвратительная, тем более у человека образованного. В целом признавая ее право на существование (уродов много), я мог бы стерпеть, будь националистические выкрики как-нибудь вплетены в сюжет. Нет, я не стал бы читать такую книгу, но по крайней мере они были бы оправданы – типа вот такая у писателя позиция, и он ее как может вскрывает. Но как расценивать пассажи типа:
«— Что ты делаешь, морда жидовская? — не выдержал я.
Я не антисемит, чеченская война давно выбила из меня глупые предрассудки. Если в кране нет воды... Ерунда все это, по сравнению с чучмеками жиды стали как родные. Куда мы катимся?» (стр 8, причем начало романа на стр.7, ничего себе начало, а?)
Или, чуть дальше
«- Как же не знать? Конечно, знаю! Вот на шестом этаже у нас живет один азер, так он в соседнем доме продуктовый магазин держит, цены у него, кстати, непомерные, как у всех у них, у нехристей нерусских. И отдела для ветеранов у него нет, и без очереди пенсионерам не отпускает ничего. А машина у него что твой автобус!
-Где точно он живет? — спросила Зина.<…>
Мама подробно и многословно объяснила расположение квартиры несчастного азербайджанца, а когда объяснения стали повторяться, Зина сказала «спасибо» и растворилась в воздухе.
-Послушай, мама, — сказал я, — а тебя не смущает, что мы с Зиной теперь преступники?
-Вы с Зиной теперь волшебники, — заявила мама, — а значит, законы вам не писаны. Ты теперь не простой человек, ты теперь слуга божий. А бог велел делиться. Знаешь, что он
говорил про тех, кто стяжает и не делится? Стяжать и не де литься плохо, и потому забрать деньги у богатого — не преступление, а богоугодное дело. А раз богоугодное, значит, хорошее.
-Эдак можно подо все подряд базу подвести. Бог велел не поклоняться другим богам, значит, я должен пойти на рынок и всех хачей перебить?
-Не всех, а только тех, кто другим богам молится. Армяне, например, тоже православные.
-А мусульман убивать — богоугодное дело?
-Зачем сразу убивать? Пусть уезжают в свою Мусульманию и живут там как хотят, а нам не мешают. Ты сам посуди - на рынке одни черные, ни одного русского лица за прилавком!
-А украинцы?
-Хохлы тоже как черные, только лицом на нас похожи, а на деле такие же мерзавцы. Ты новости по телевизору давно смотрел?
-Давно. А что они сделали?
-Да они постоянно все русское притесняют! То одно за претят, то другое... вот на днях во Львове памятник Степану Бандере поставили, вот ты скажи, ну разве ж это дело? <…>
-Все лекарства или только те, которые тебе нужны?
-Если получится, то все, нечего жидиться, надо и о других думать, тогда и они о тебе подумают. Это евреи только о себе думают, мы, русские, должны быть щедрыми.»
Более того, видимо в подражание Гоголю, евреев иначе как жидами автор не зовет. Противней всего то, что без таких вот эскапад вполне можно было обойтись, и книга не только бы не потеряла, но и приобрела бы…
2) Стандартный прием посредственных фэнтезийщиков и фантастов, который назову «Даешь объем». Видимо, всем платят постранично, поэтому есть возможность продемонстрировать эрудицию и кругозор. В данной книге ¾ текста занимают средненькие по глубине мысли о церкви и религии (да, сюжет этого требует, но надо же меру знать), а также пространные, на полторы страницы, пересказы древнегреческой истории.
3) добавлю из чистой мелочной мстительности – слово «Армяк» не является "русским народным словом") (см., например, тут), а описание ночной стражи («Я не стал возражать, тем более что Усман выделил себе более тяжелую утреннюю стражу. Ровно до двух часов ночи я таращился то на огонь, то в непроглядную тьму, а потом толкнул Усмана, он моментально проснулся, я рухнул на лежанку, еще хранившую его тепло, и погрузился в беспросветный сон без сновидений» даже мне, человеку сугубо мирному, кажется смешным, ибо человек, прошедший Чечню - а именно таким является главный герой – ТАК караулить не будет.
Коль скоро жанр требует соблюдения определенных правил, дам вкратце сюжет «шедевра».
Сергей, бывший солдат, подрабатывает водилой на «газели». В очередной рейс с ним едет Усман – араб, загримированный под еврея («Еврейчика", по словам автора). Усман перевозит оружие для чеченских террористов. В результате ДТП ими заинтересовалась милиция, и в ходе перестрелки Усмана и Сергея перебрасывает в иной мир, где прогресс магический, а не технологический. Усмана вскоре убивают, а Сергей, обладатель магического, «мифрилового» креста, входит в монашеский орден, где становится вампиром. После этого он ведет экскурсию монахов в свой исходный мир, где, в результате различных перипетий перестает быть вампиром, зато превращается в могущественного волшебника, которого все считают антихристом. Одержав победу над мессией, он становится божком. Занавес.
Мура мурой, к тому же плохо написанная, нединамичная, несвязная, посредственная. По прочтении возникает желание воскликнуть «за что я отдал 200 кровнозаработанных?»
Комментариев нет:
Отправить комментарий